Профессиoнальная дефoрмация жeнщин в условиях воинской деятельности

На рубеже второго и третьего тысячелетий произошли серьезные изменения в профессиональной самореализации женщин. Профессии, ранее считающиеся традиционными мужскими (юриспруденция, менеджмент, политическая и издательская деятельность, маркетинг, организация психологического консультированияи др.) стали активно насыщаться "женским ферментом".

К профессиям, бастионы которых были успешно взяты женщинами, относится и военная служба. Как показывает анализ динамики комплектования вооруженных сил ведущих стран мира, женское представительство в них усиливается, армии феминизируются. Численность военнослужащих-женщин в вооруженных силах Израиля на начало 2001 года составляет 20 % от общего состава, в США - 14 %, во Франции - 9,1 %, в Великобритании - 5,6 % в вооруженных силах и 15 % в английской полиции.

«Мы уже не можем отправляться на войну без женщин », - констатировал в 1991 году американский генерал К.Пауэлл, занимающий ныне в администрации Дж.Буша-младшего пост госсекретаря, перед началом операции "Буря в пустыне" по вторжению в Кувейт. И это не просто слова. В США военнослужащие-женщины получили наибольший доступ к военным специальностям (только в военно-воздушных силах для женщин открыты 99% специальностей рядового и сержантского и 86% офицерского состава).

В 1976 году при 38-м Президенте США Джеральде Форде было принято решение, разрешающее женщинам поступать в военные академии. После первого выпуска женщин в Вэст-Пойнте в 1980 году к началу 2000 года более 2 тысяч женщин-офицеров закончили это элитное военное училище. В результате на сегодня в армии США уже 10 женщин-генералов и более 300 полковников.

С 1997 года в норвежских ВМС торпедной субмариной "Ковбен - С-318" командует капитан третьего ранга Солвейг Крей. В 1998 году, впервые за 400-летнюю историю королевских ВМС Великобритании 28-летняя Сюзан Мур и 31-летняя Мелани Робинсон приняли командование мужскими коллективами на сторожевых кораблях «Эшер» и «Экспресс». Настоящей сенсацией для 55-ти мужчин элитного отряда спецназа британских ВВС стало назначение их командиром 36-летней Джоу Райсли-Причард. Бригадный генерал Сюзи Иогев находится во главе женского корпуса вооруженных сил Израиля ("Хейл нашим"), насчитывающего свыше 36 тыс. человек. Одновременно она является помощником министра обороны по вопросам военной службы женщин.

Продолжают феминизироваться и вооруженные силы России. Если до 1985 года численность военнослужащих-женщин в нашей стране не превышала 5 %, то за последующие 10 лет она увеличилась в 10 раз и составила в 1996 году 350 тыс. человек. С учетом проведенного сокращения на начало 2001 года во всех российских силовых ведомствах сегодня - более 500 тыс. женщин в погонах, что равно населению таких российских городов как Мурманск, Иванове или Курск. Тенденция выраженного представительства женщин усиливается и в других силовых ведомствах России (см. схему 1).

Схема 1.

Министерства и ведомства Российской Федерации, в которых женщины проходят военную службу.

Правительство Российской Федерации
МО РФ
МВД РФ
МЧС РФ
ФСБ РФ
СВР РФ
ФАПСИ
Спецстрой
ФПСРФ
Федеральная служба охраны
Железнодорожные войска
Гл.управление спецпрограмм
Гостехкомиссия при Президенте

Точки зрения профессиологов и исследователей гендерной военной проблематики по поводу привлечения женщин к военной службе часто прямо противоположны. Одни утверждают, что в армии женщинам не место. В качестве аргументов приводят доводы, что они вносят дезорганизованность в выверенный уклад армейской службы, разлагают дисциплину, провоцируют сексуальную активность мужчин. Другие же, наоборот, утверждают, что женщины не хуже, а по некоторым параметрам лучше мужчин выполняют свои обязанности и даже могут способствовать укреплению дисциплины и этических норм межполового общения.

Проведенный гендерный анализ процесса профессионализации военнослужащих-женщин показал, что их сознание и поведение значительно меняется под воздействием военной службы.

Это проявляется в следующем:

  • перенос моделей вербального общения и военной терминологии ("Подъем!", "Привести в порядок форму одежды", "Убрать рабочее место", "Быстро за стол!") в семантическое пространство семейно-бытовых отношений;
  • формирование более жесткого стиля поведения в социальной среде, основанного на подсознательном копировании правил воинской субординации и мужских "правил игры" в принятии решений и реализации их в жизнь;
  • ограничение сферы профессиональных притязаний и профессионально-личностной самореализации в связи с выраженной военно-профессиональной сегрегацией в воинском социуме;
  • определенное сужение эстетической и культурно-досуговой сферы сознания за счет удаленности воинских гарнизонов от крупных культурных центров;
  • заниженная самооценка и негативная направленность рефлексии одиноких и разведенных женщин, матерей-одиночек, обусловленные снижением социальной защищенности военнослужащих в целом (у 32% военнослужащих-женщин уровень жизни - ниже среднего), ограничением контуров личностной самореализации женщин и усилением проблем сексуальных домогательств к ним со стороны командиров и коллег-мужчин (на это обратили внимание 8 % опрошенных);
  • "приобретение" целого комплекса профессиональных болезней, обусловленных экстремальным характером и специфическими условиями военной службы, отсутствием адресного гендерного медицинского обслуживания в воинских гарнизонах;
  • снижение уровня социального оптимизма в связи с отсутствием возможности у большинства военнослужащих-женщин дополнительного заработка и запрета на коммерческую деятельность (в соответствии с Законом "О воинской обязанности и военной службе"), 72 % опрошенных отмечают нарушения установленных им государством льгот и гарантий со стороны местных властей;
  • рост семейно-ориентированных женщин в военно-социальной среде (72 %), обусловленный целенаправленным отторжением военнослужащих-женщин в низкооплачиваемые ниши военных профессий и отсутствием работы в гарнизонах по имеющимся гражданской специальности;
  • снижение способности к стрессоустойчивости за счет постоянного переутомления, острой жилищной проблемой, отсутствия возможности провести отпуск вместе с мужем (12 % опрошенных) и несправедливым распределением санаторно-курортных путевок (отметили 68 %);
  • отсутствие возможности в полной мере реализовать функцию материнства в вопросах желаемого количества детей, их полноценного воспитания (на нехватку времени на воспитание обратили внимание 62% опрошенных), калорийного питания, обеспечения детскими дошкольными учреждениями и возможностью поступления в престижные вузы;
  • определенная деформация сексуальной культуры и полноценной сексуальной жизни у жен подводников, ракетчиков, пограничников и др., обусловленная длительным цикличным отсутствием дома мужей и возникновением у женщин в связи с этим психо-сексуальных (физиологических) расстройств и дисгармонии половой жизни.

Рыков С.Л.
Профессиональная деформация и проблемы профессионализма, 2002, №3